Инвестиционно-банковский подход, базирующийся на специфической методике оценки компаний и ориентирующийся на «особые ситуации», позволяет гибко реагировать на динамику событий и прибыльно использовать открывающиеся инвестиционные возможности. В результате то, что скрыто от глаз большинства инвесторов, становится объектом анализа менеджеров данного типа фондов и источником прибыли. Так, к примеру, новая внутренняя стоимость образующейся в результате слияния или поглощения компании может быть существенно выше механической суммы рыночных стоимостей объединяющихся фирм.
С другой стороны, излишне диверсифицированные компании часто торгуются с так называемым «конгломератным дисконтом», и их рыночная стоимость надолго опускается ниже суммы внутренних стоимостей их составных частей. Как только компании в результате отпочкования или дробления материнской фирмы становятся независимыми, конгломератный дисконт исчезает, и те инвесторы, которые купили акции до начала процесса реорганизации, получают весьма высокие прибыли.
Сливаясь или поглощаясь Наиболее прибыльными (и наименее рискованными) часто являются ситуации, когда волна слияний и поглощений целиком охватывает ту или иную отрасль. Подобное имело место в мировом автомобилестроении и в банковском деле во второй половине 1998 года. Любое крупное слияние (например, относительно недавнее Daimler-Chrysler) обычно подстегивает курс акций остальных компаний отрасли. Довольно часто «особые ситуации» возникают в результате тех или иных макроэкономических или политических тенденций, когда целые секторы экономики стран или регионов оказываются недооцененными фондовым рынком (как, например, произошло в начале 1998 г. с Корейскими индустриальными группами).
Риск умело осуществляемого инвестирования в «особые ситуации» минимален. В худшем случае – не происходит реорганизации, на которую рассчитывали менеджеры фонда. Тогда вместо «особой ситуации» в портфеле фонда оказываются просто акции голубых фишек – компаний типа General Motors, DuPont, Fiat, Volvo, Deutche Bank, Daewoo, – прочность технологических, коммерческих и финансовых позиций которых не вызывает сомнений. Таким образом, максимальный риск, которому подвержен данный фонд, – получить среднерыночную динамику приростов.
Но если ожидаемая реорганизация все-таки начинается, курс акций данных компаний резко взлетает вверх, вознаграждая менеджеров фонда за прозорливость и терпение и обеспечивая низкую коррелируемость фонда с рынком.
Чем более недооценены акции той или иной фирмы перед реорганизацией, чем агрессивнее настроено ее руководство, тем больше шансов, что предсказываемые изменения произойдут и принесут прибыли профессиональным финансистам.
Так, например, произошло с германским химико-фармацевтическим концерном Hoechst, стоявшим на пороге отпочкования своих химических производств и превращения в чисто фармацевтическую фирму. Перспективы ликвидации существенного (30-60%) «конгломератного дисконта» определили позитивную динамику акций Hoechst в середине 1998 года, несмотря на коррекцию мировых фондовых рынков. Купив эти акции 5 мая по $40, менеджеры данного типа хедж-фондов уже через месяц реализовали 24% чистой прибыли, тогда как фондовый рынок США упал за тот же период от 2.5% (S&P) до 4.6% (NASDAQ).
